пятница, 30 мая 2014 г.

«Трудно быть богом»

Я безумно рад, что не являюсь ни профессиональным кинокритиком ни блогером-тысячником, поэтому могу писать то, что думаю, не оглядываясь ни на какие авторитеты. Сегодня на мой разделочный стол попала новинка российского кинематографа под названием «Трудно быть богом» режиссера Алексея Германа-старшего. Прошу набраться терпения при чтении этого обширного опуса: читать будет трудно, но нужно. Поверьте, смотреть было еще труднее.

О книге
Обозреваемый фильм поставлен по одноименной повести братьев Стругацких. Обычно я не ставлю себе цели сравнивать книгу и поставленный по ней фильм, но экранизации произведений Стругацких случай особый. Дело в том, что эти произведения выходили в Советском Союзе – миллионными тиражами выходили, замечу. И братья Стругацие были социалистическими писателями, описывающие в своих произведениях светлое коммунистическое будущее. Поэтому крайне интересно наблюдать за трансформацией главных героев социалистической литературы, перенос на экран которых произошел в (условно) капиталистическом наследнике СССР России. Яркий образчик такой трансформации можно наблюдать в фильме «Обитаемый остров». Но экранизация «Трудно быть богом» превзошла самые смелые ожидания.

Главный герой Антон выписан в повести Стругацких тоже как гуманист-идеалист (это очень важно). В далеком коммунистическом будущем общество послало в космос отряд историков-наблюдателей на обнаруженную планету с зачаточной цивилизацией. Ученым даны строгие указания не вмешиваться в ход исторического процесса, а лишь наблюдать и фиксировать события. Для этого задания в команду наблюдателей отбирались самые лучшие, самые крепкие духом, телом и моральными принципами люди со всех уголков Земли. Гагарины и Титовы мира светлого будущего. Они снабжались фиксирующими все происходящее камерами и засылались на другую планету под видом аборигенов. Для большего удобства и безопасности, засланцы скрывались под личинами богатых и благородных донов, Антону выпало имя дон Румата.

Книга повествует о тех событиях, когда зарождающаяся эпоха возрождения в этом средневековом обществе была отброшена назад серостью и невежеством. В этом обществе были организованы тотальные гонения на писателей, алхимиков, художников и просто грамотных людей. Серость и невежество стало благодетелю, рабство – лучшей долей простолюдинов. Впрочем, серые люди – лавочники и ремесленники – в свою очередь были сметены черными людьми: монахами-фанатиками, устроившими фактически геноцид народа, населяющего город Арканар – столицу Арканарского королевства.

Дон Румата использовал все свое влияние и финансовые возможности для спасения выдающихся творцов и мыслителей и переправки их в безопасные земли. К тому же Антон, он же Дон Румата, встретил в Арканаре свою любовь – чистое и непорочное создание девушку Киру. Но когда черные люди вломились в дом Руматы и убили Киру и преданного слугу Руматы по имени Уно, он в праведной ярости своей презрел роль наблюдателя и жестоко покарал, уничтожил физически правящую верхушку черных людей. Чем обрек себя на последующее бессмысленное существование на Земле, лишенный любимой женщины и работы всей его жизни.

Таков вкратце сюжет повести «Трудно быть богом». На мой взгляд, достойный образчик жанра, который теперь принято называть фэнтези. Не могу сказать, что она произвела на меня большое впечатление, но прочитал я ее не без удовольствия. Думаю, для советских детей и подростков в свое время это было открытие. Повесть задает трудные, подчас неразрешимые вопросы и воспитывает в подрастающем поколении гуманизм – как высшую ценность общества. Да, в советском обществе наивысшей ценностью было духовное воспитание человека, а не превращение человека в ротожопу. Понятно, гуманизм есть понятие абстрактное и относительное. Если у больного гангрена, то нужно ампутировать ему конечности даже в том случае, если нет анестезии. Даже если шанс на выживание десять процентов, надо действовать жестоко и тоталитарно. А ставить горчичники, убаюкивая надежной, что авось, все само рассосется, конечно, гуманно, но бесполезно. Такой подход практиковался в СССР, и, собственно, этот подход продемонстрировал дон Румата в конце книги.

О съемках
Так мы плавно подошли к экранизации повести Стругацких. Режиссер Алексей Герман-старший пытался снять этот фильм еще с конца 60-х годов, почти сразу после выхода книги. Но по разным причинам не получалось. В конце 1980-х фильм все-таки был снят, но это был совместный советско-германский проект, который ни Герману, ни Стругацким не понравился. Потом было крушение Союза, разгул свободы и демократии. Цензуры не стало и каждый творец стал творить как вздумается лично ему.

Герман дорвался-таки до съемок, и растянул процесс аж на 10 лет. Для сравнения, нормальный голливудский блокбастер обычно снимается за несколько месяцев. Ну пускай еще полгода на препродакшн и пару лет на постпродакшн потратят, но все равно 10 лет это нереально много. Даже на две части вторых «Утомленных солнцем» Михалков потратил меньше времени. По словам оператора фильма Юрия Клименко, съемочная группа репетировала неделю для съемок одного кадра, потом еще неделю или дней десять репетировать – и опять все ради одного кадра. Репетиция у Германа была как съемка: каждый раз все были в костюмах, загримированы, если нужен был дождь или пожар, то всегда работало четыре пожарные машины, две бригады пиротехников, две бригады спецэффектов. Понятно, с таким подходом можно снимать и 10 лет и более, потратив заодно пароход бабла. Что характерно, на качество результата такой подход большого влияния не оказывает.

Сам Борис Стругацкий в свое время заявил, что «заранее знает, что фильм получится замечательный и даже эпохальный». К сожалению, ни сам Алексей Герман-старший, ни Борис Стругацкий не дожили до выхода картины на экраны, поэтому нам не суждено узнать их мнение о конечном продукте. Но зная безусловно положительную реакцию Бориса Стругацкого об отстойной поделке «Обитаемый остров» я не сомневаюсь, что он был бы от экранизации «Трудно быть богом» в полном восторге.

Итак, чем же так примечателен фильм «Трудно быть богом», что только на вступление к рецензии на него у меня ушло две страницы текста? Начинается фильм с вступления, начитанного закадровым голосом, этот же прием появляется еще несколько раз по ходу фильма. Уже это заставило насторожиться. Язык кино – это язык образов, и тупое чтение текста в фоне говорит прежде всего о неспособности режиссера передать необходимую информацию визуальными средствами. Это прием бездарных ремесленников, и ожидать такого от человека когда-то снявшего хорошие фильмы «Проверка на дорогах» и «Двадцать дней без войны», несколько странно. Впрочем, закадровый текст – это наименьшее, чем поразил Алексей Герман-старший в фильме «Трудно быть богом». Я когда смотрел его, исписал 7 страниц заметок в блокноте, чтобы ничего существенного не забыть – так много поразительного увидел.

О сюжете и героях
Настроение всей трехчасовой картине задают первые же кадры жуткой грязищи и адского говнища, в которой сидят друг на друге как селедки в бочке все население безымянной планеты без исключения: от рабов до короля. Какой-то серый человек с копьем проходя мимо окна увидел торчащую из него голую жопу. Серый с довольным выражением лица потыкал в жопу копьем: то-ли хотел ее проколоть, то-ли острием копья изнасиловать. И, кажется, жопе это внимание польстило, из окошка она не убралась. На таком вот фоне режиссер стал знакомить оторопевших зрителей с главными героями повествования.

Сюжета у фильма нет в принципе. Он развален на ряд ничего не значащих сценок, и никакой причинно-следственной связи между ними не наблюдается. Если не читать книгу, то вообще не поймешь кто, куда и зачем. У неподготовленного зрителя либо закипит мозг, либо он, подражая героям, плюнет в экран и прекратит просмотр.

Дон Румата живет не в собственном доме в несколько этажей, а в каком-то хлеву, спит вместе со слугами и домашним скотом, как какой-то бомж в конец опустившийся. Постоянно харкается и сморкается прямо в камеру. Построить слуг он не может: кто-то постоянно ходит в его сапогах, ему же в них кто-то периодически ссыт. Слуги плюются в Румату, но ему пофиг. Какие-то левые попы без всякой причины таскают Румату за волосы. Основные слова в лексиконе благородного дона это «яйца отрежу», «толстожопый урод», «говно» и «уйди отсюда» - последнюю фразу он раз пятнадцать за фильм сказал. Вообще ведет он себя как блаженный: дискутирует с петухом; ходит туда-сюда с совковой лопатой на плече; читает первому встречному и без всякого повода отрывок из стихотворения «Гамлет» Бориса Пастернака, выдавая за свое творчество; нюхает вдыхая полной грудью собачью письку; вырывает из рук раба какой-то хавчик и жрет ее сам.

В какой-то момент Румата сел на осла задом наперед, подставил ему под зад мешок, осел туда посрал (звуки звучат соответствующие), и Румата поехал в обнимку с полным мешком свежего ослиного говна дальше. Вдруг ему что-то не понравилось, и благородный дон запустил мешком с говном в поющего молитвы монаха, который в ответ одарил его пожеланием: «Пусть тебе твой осел вставит!». Или вот Румата ни с того ни с сего тычет офицера королевской охраны мордой в бочку с тухлой рыбой, и потом корчит страшные роды и кривляется как юродивый. Когда он замерз, то отнял шапку у еще одного солдата, а чтобы тот не возбухал – сломал ему нос! Засунутая первому встречному прохожему за шиворот дохлая мышь и вымазывание себе морды каким-то битумом с довольным видом – это наименьшие из его «шалостей».

Очень показательны отношения дона Руматы с его любимой женщиной Кирой. Для начала выяснилось, что зовут ее не Кира, а Ари, но это не главное. Чистые отношения превратились в откровенно быдляцкие. При своей любимой женщине он не стесняется ковырять в носу и харкаться. Дерет ее в хлеву рядом с козами, ежом и – почему-то – аистом! От немытых волос и тел местных аристократических барышень, в книге Румату тошнило почти физически. Здесь же он с удовольствием шупает за голые сиськи какую-то мужеподобную страшенную бабищу, а та в ответ мнет через штаны его член.

Кира в лицо обзывает Румату хорьком, а он в ответ от души таскает ее за волосы и упрекает словами «Хоть бы порядок в доме навела». В книжке-то Кира была хозяйственная, уборку делала, следила за хозяйством. Здесь же она слоняется без дела и требует надрать ей уши. Интим с Кирой выродился в то что Кира хватает (при всем честном народе) Румату за член, и водит потом по нему голой сиськой. Кира вообще особо не стесняется: скромная тихая добрая девушка из книги плюет в лицо слуге Уно, посылает его в жопу (прямым текстом, я не приукрашиваю) и при всех показывает сиськи не пойми кому – охотников посмотреть вроде не наблюдалось.

Замечательнейшие метаморфозы характеров героев имеют свой эффект на их взаимоотношениях с второстепенными персонажами. Со своим слугой-подростком Уно, к которому он был так привязан в книге, в фильме дон Румата обращается как со скотом. Когда Уно погибает (героически защищая Киру в книге и бессмысленно в фильме), дон Румата вместо того чтобы горевать, жалуется, говорит: «тоска…». А потом выгоняет всех из своего хлева со словами «Пошли все вон, я буду мыть зад!».

На протяжении всех трех часов педалируется тема, что инопланетные аборигены воспринимают дона Румату богом. Если в книге это хоть как-то обусловлено знанием Руматы приемов рукопашного боя и непробиваемым для легкого оружия бронежилетом-майкой, то здесь все сведено к нечеловеческому умению Руматы обращаться с мечом. Вроде как он первый меч империи, адский дуэлянт, который впрочем никого не убил, но у каждого побежденного противника он отрезал уши. Нормальное поведение для гуманиста-идеалиста, да? В общем, весь фильм Румата корчит из себя крутого, и любому недовольному его поведением (смотри мокания мордой в бочку с тухлой рыбой и сломанный нос с отжатой шапкой) он хитро заявляет «Щас ушей настрижем!». И это явно имеет воздействие на окружающих, в связи с чем его арест превращается в балаган, а злобный упырь дон Реба в процессе допроса вручил Румате высшую награду Ордена черных монахов. Кульбиты и пируэты сюжета у меня вызывали головокружение и тошноту. Впрочем, тошноту вызывает весь фильм от первой и до последней минуты.

О различиях
О некоторых отличиях я упомянул выше, но это далеко не все. Наблюдателей землян стало 30 вместо 250. Зато среди наблюдателей есть гражданин по имени Зураб! Даже и не знаю, кому был сделан такой реверанс: то-ли Церетели, то-ли бригадиру ровшанов и джамшутов, строивших режиссеру дачу. Нравы остальных землян, членов экспедиции наблюдателей не лучше: они тоже все плюются, сморкаются, кроут матами и ведут себя как полные идиоты.

Дон Румата стал благородным доном не в 22 колене, а в 17-м, и по ходу фильма вдруг сказали о 18 колене. Зачем понадобилось лепить отсебятину для несущественных в принципе моментов непонятно. Дон Румата вдруг стал яростным поклонником музыки: то дудит на дуде со звуком саксофона, то в тюремных казематах постучит в колокольчики, исполнив незабываемый шлягер «Давай покрасим холодильник в синий цвет». Получается, Антон смотрел "Крестного отца" где это было главной музыкальной темой? Отказываюсь верить!!! Тем более что в "Крестном отце" хорошо показано, как дон должен руководить подчиненными. У Руматы почему-то периодически идет носом кровь, причем сам он это связывает с наступившей осенью. Зачем все это? Никакого значения для сюжета это не имеет и никак не обыгрывается. Алексей Герман настолько заигрался в свои фекальные темы, что забыл даже о постулате А.П. Чехова про ружье на стене. Мастер отечественной киношколы!

Даже обруч на голове с кристаллом по центру никак не объясняется, и только читавшие книгу знают, что у дона Руматы там была встроена камера. Зато режиссер верен себе даже в мелочах: кристалл-камера на лбу Руматы имеет вид эрегированного пениса. В книге Румату отправили домой, а в фильме он послал всех коллег-землян, включая друга детства Пашку, и отправился ураганить дальше.

Профессионального бунтовщика Арату, которого дон Румата встретил ближе к концу действия, и которого (по книге) уважал, хоть и был с ним не согласен во взглядах, в фильме он облил его кипятком, пинал ногами и сломал ногу! Арата в ответ назвал благородного дона гнидой. Вместо беседы по делу они несут какой-то полубезумный бред, когда Арата угрозами вынуждает Румату отдать тому танк. Да-да, в фильме даже танк есть! На нем раскатывают по феодальной округе наблюдатели-земляне, основная цель которых ничем не вмешиваться в естественный исторический процесс!!!

Теологическая беседа про возможности бога дона Руматы с достопочтенным доктором Будахом, которого он спас из застенков Веселой Башни, происходит не в доме Руматы за обедом, а на улице, пока доктор Будах пытается поссать. Чтобы помочь Будаху с мочеиспусканием, Румата отвешивает тому пендали, а Будах в ответ грозиться брызнуть Румате в лицо кислотой.

В книге был еще один положительный герой, веселый алконафт барон Пампа. Комический персонаж, пьяница и дебошир, но верный муж и преданный друг дона Руматы. В процессе просмотра я экранизации книги я с удивлением выяснил, что злобному упырю барону Рэбе доктора Будаха сдал именно барон Пампа! А после создатели фильма барона Пампу убили, натыкав в него стрел, хотя в книге он остался жив-здоров. Как говорится: «вот это поворот!!!».

При просмотре фильма можно подумать, что создатели не читали книгу. Просто полистали по диагонали и на основе этого написали сценарий. На салфетке. Но иногда герои фильма цитировали книгу дословно, что наводит на мысль, что все искажения были внесены в сценарий фильма сознательно. Непонятно только зачем.

О мерзостях
Я не возражаю когда наличие в фильмах каких-то мерзостей, извращений и испражнений служит определенной цели: создать антураж, обратить внимание на какой-то аспект сюжета и т.п. Но я категорически против того, как мерзости и извращения становятся единственным, что есть в фильме. В «Трудно быть богом» Алексей Герман-старший превзошел все, что было снято до этого, включая небезызвестный «Сало: 120 дней Содома». Понятно почему он 10 лет снимал свою киноопупею: наверное по всей округе от съемочных площадок несколько лет дерьмище собирал, копил, а потом заснял на нем свое эпохальное творение.

Вот лишь несколько фишек, которыми он поспешил поделиться со зрителями. Все без исключения герои постоянно кидаются и мажут друг друга и самих себя грязью. Трупы повешенных людей из черпака зачем-то обливают чем-то вроде желе с рыбной чешуей. А потом обливающий трупы пацан бросает черпак и лезет трупу под рубище и щупает член. Очевидно, это Искусство! Оператор демонстрирует зрителям стоячую ослиную елду крупным планом, и подольше, подольше, чтобы каждый сумел насладиться. Непонятно по какому поводу осел так возбудился, ведь ослиц рядом не было. Но творца Алексея Германа-старшего такие мелочи не беспокоят: он хотел показать в своем фильме ослиную елду – он ее показал.

В том же кадре, после того как убежал осел, сидел срал мужик. Как посрал – подошел и поздоровался с камерой. 10-15 секунд подряд нам показывают стоящую раком голую жопу во весь экран, на фоне которой ведут беседу главные герои. Потом из жопы начинают щипцами выдирать то-ли осколки стекла то-ли гвозди какие. Продемонстрированы и детские забавы безымянной планеты: ребенок поковырял в жопе палкой у распростертого на земле голого мертвеца и «скормил» добытую субстанцию другому мертвецу. Иногда авторы немного отвлекаются от своего копрофильства и демонстрируют то голые жопы, то влагалища, то сиськами в камеру потыкают.

Такое впечатление, что режиссер каждый свой съемочный день начинал с лозунга «Больше жести, больше хардкора!!!». Если и правда каждый кадр снимали по неделе, я представляю как выглядел съемочный процесс: Режиссер берет матюгальник и дает инструкции: «Так, ты с голой жопой – ты лежишь и периодически попердываешь. Ты, в кольчуге: берешь вот этого оборванца и макаешь его башкой в нужник. Ярмольник, Ярмольник: как достанут мужика из нужника, обмокни его пальцами и понюхай. Да смачнее понюхай, дай мне эмоции, оближи пальцы наконец!!!». И так на протяжении десяти лет.

В «Трудно быть богом» постоянно сморкаются, харкают, блюют и испражняются. Каждый статист считает своим долгом либо пернуть, либо отклячиться и похлопать себя по заду, либо поковырять в заднице или опустить палец в какую-нибудь жидкую неприятную субстанцию и понюхать его. А то и облизать, чтобы удостовериться наверняка. Один раз даже натурально достали член и поссали крупным планом на камеру! Я не шучу. Создатель сего полотна великолепно и изобретательно сочинял миллион способов, как использовать помои, кал, мочу, кровь и рвоту. Говна и блевотины в фильме так много, что они становится уже не художественным приемом, а идеей фикс. Режиссер не рассказывает историю, а три часа демонстрирует одну и ту же смесь средневековой выгребной ямы с перенаселенной коммунальной квартирой.

Удивительно, что никто из актеров не отклячился и не насрал прямо в камеру, как бы в лицо зрителям. А потом не засунул в свою свежую дымящуюся кучу нос. Думаю этот эпизод мы увидим в режиссерской версии фильма.

О юморе
Режиссер не преминул подпустить в картину немного юмора, такого же нездорового, как и все остальное действие. Пример номер один, это бродячая меж трупов собака проткнутая насквозь стрелой. Немедленно вспоминаются «Маски-шоу» с их эпохальным «Меня кажется снарядом задело». Пример номер два, это сидевший всю жизнь на цепи чувак. Освобождать его было нельзя, но Румата освободил, перерубив цепь. Чувак пробежался немножко, упал и умер в конвульсиях. Пример номер три, это механизм по насаживанию на кол. Кол у них это здоровенная деревянная мега-елда!

О постановке и актерской игре
Очень «радует», что наши кинематографисты наконец-то освоили модный голливудский прием съемки ручной камерой. Ей не только снят весь фильм, но этой камерой оператор еще и тычет куда только руки дотягиваются, будто это любительская съемка камерой с фиксированным объективом. Кадр постоянно наполняют праздношатающиеся блаженные недоумки. По идее, на их фоне Румата должен выглядеть ограненным алмазом, но все его поступки ничем его от идиотических статистов не отличают.

В каждом кадре, в каждой секунде хронометража есть какое шевеление, копошение, движуха, но все это бессмысленное и бесцельное. В экран постоянно что-то пихают: то какие-то веревки и ржавые крючья, то вылезут руки и потрясут отрубленными цыплячьими лапками, то сверху начинает литься вода, будто кто-то на оператора и героев сверху ссыт. Ветераны броуновского движения от беспрестанного копошения этих «опарышей» будут в восторге, но мне больше интересно следить за сюжетом и хоть каким-то действием, а вот этого как раз в «Трудно быть богом» нет.

Еще один «ловкий» прием – актеры постоянно таращатся прямо в камеру и даже пытаются вести с сидящими по ту сторону экрана зрителями диалог. Камера вообще является главным участником событий фильма. Сделано это явно неспроста, как будто мы и есть те ученые, что смотрят потом запись событий, сделанных наблюдателем Руматой. Но если это так, то непонятно что сам Румата делает в кадре. На заднем плане постоянно висят трупы животных, птиц и дохлая рыба. Причем даже в таких местах, где, например, висящего на веревке удавленного койота, увидеть совсем не ожидаешь: в королевских покоях, похожих кстати на бомжатник вперемешку со скотным двором. Если ничем не тыкают и ничего не висит, то обязательно покажут какую-нибудь ссущую куклу, тряпье, или очередную гору мусора, грязи и лужу крови.

Актеров, участвующих в этой вакханалии, я сначала жалел. Но чем дальше, тем больше сожаление сменялось презрением. В картине-всей-жизни Алексея Германа-старшего не играет вообще никто. Неплохой актер Леонид Ярмольник все три часа шатается с одним и тем же скучающим выражением лица. Ни ярких эмоций, ни восклицаний и злобных криков, ничего. Со своим главным антагонистом доном Рэбой и со своей любимой Кирой он общается одинаковым голосом и интонациями. С бессменной скукой на лице спасает из Веселой Башни пленников и горюет по падшим товарищам. Ярмольник аутентично мажет дерьмом рожу и в мехах сидит в луже, но на актерскую игру это не тянет. Остальные актеры вообще не играют, а только кривляются, хихикают как умалишенные, визжат, корчат рожи и т.п. Мастера отечественной киношколы, чё. Я не понимаю, как нужно не уважать себя, чтобы сниматься в этом. Сниматься годами, когда уже любому понятно, что именно снимают, и что получится на выходе.

В книге не так уж много действий, но оно все-таки есть. В экранизации никакого действия нет: ни схватки барона Пампы с серыми людьми в кабаке, ни финальной битвы дона Руматы с людьми дона Рэбы. Камера показывает лишь горы трупов, получившиеся в результате. Причем судя по трупам, под раздачу Руматы попали не только черные монахи, но и простые обыватели, и женщины и дети. В общем, весь город Акранар наш гуманист вырезал, но только нам ничего этого не показали. Как в старом анекдоте: «Высокобюджетный фильм, это когда в кадре взрывается машина. Среднебюджетный фильм, это когда машина проезжает в кадре, выезжает за пределы и там «взрывается». А низкобюджетный фильм, это когда один человек говорит другому: я видел как взорвалась машина». Снять экшен нужно было потрудиться, а это отвлекло бы режиссера от наслаждения говном, поэтому и так сойдет.

Вместо экшена режиссер посмаковал очередную жесть, когда сам Румата, а потом и играющие рядом дети запускают руки во вспоротые животы мертвецов, вытаскивают кишки и ливер, перебирают их, разглядывают и раскидывают в окружающую грязь. Только что не облизывают. Страшно отомстил благородный дон Румата, ой страшно! Наверное из всех его знакомых больше всех повезло дону Кондору, начальнику Антона-Руматы по экспедиции: тому Румата только в рожу плюнул. Характер коммуниста-гуманиста заиграл новыми красками!

О технической составляющей
Неизлечимые проблемы кинополотно «Трудно быть богом» испытывает и в чисто техническом плане. Главная беда в звуковой дорожке. Над озвучкой съемочная группа работала в течении нескольких лет: о работе над звуком заявляли и в 2007 и в 2011 году. В 2012 году режиссер все еще испытывал трудности с озвучанием. В 2013 году за работу взялся сын режиссера Алексей Герман-младший, и звук стали перезаписывать. Что получилось по итогам пятилетних усилий?

Вся звуковая панорама сосредоточена в центральном канале. Тылы вообще молчали все три часа, что шел фильм, фронтальные колонки в основном дублировали звук центра. Ни о какой стерео-панораме, ни звуковых эффектах речи не идет. Музыки в том понимании, в котором мы привыкли, здесь нет. Если хор – то это самодеятельность, какие-то мелодии исполняют разве что свистом.

С речью все не просто плохо, а ужасно. На Blu-ray издании присутствует две дорожки, в форматах Dolby Digital и DTS, но ни одна из них не в состоянии нормально передать того, что говорят персонажи. У меня хорошее оборудование домашнего кинотеатра, но я не разбирал и половину того, что они там бормочут! Даже выкручивание громкости за комфортную границу не помогало. Понятно, что не техника виновата, просто так было записано и сведено. Пять лет работы не пропали даром – качество звука срубает наповал. Барабаны Страдивари опять не помогли.

Из визуальных эффектов я заметил разве что искры от броне-майки Антона, когда по ней ножом водят. Режиссер настолько погряз в любовании и смаковании дерьма, настолько помешался на «пятидесяти оттенках серого», что не догадался простого но до весьма эффектного приема покрасить кровь в ярко-красный цвет, как это было сделано в «Городе грехов».

О морали
Искусство и киноискусство в частности должно воспитывать в людях что-то хорошее, светлое, или хотя бы развлекать. Развлекательным фильм «Трудно быть богом» не назовешь при всем желании. Никакой морали здесь тоже нет. Вот с чего это Антону трудно быть богом? По исполнению роли Леонидом Ярмольником очевидно, что дону Румате в этой грязище и в этом говнище полный ништяк. За несколько лет он так оскотинился, то есть адаптировался, что ничем не выделяется из общей серой биомассы. Где гуманист из светлого будущего планеты Земля? Где рыцарь в сияющих доспехах, на плечах которого лежит титаническая задача вырвать этот мир из прокисшего болота средневековой серости и послать его в эпоху возрождения? Фильм вообще не о том. Вернее, он ни о чем.

Да, этот мир не понимает своей грязи и ущербности, поэтому никто не моется и не обращает внимания на вшей и клопов. Да, здесь убивают, грабят и топят в нужниках головой вниз. Да, здесь узколобость, мещанство и посредственность правят бал. Да, когда-то также было и на Земле, но мы же справились! Почему главный герой не противопоставляется этому миру убожества, а становится центром его? Зачем здесь Антон и остальные наблюдатели? Какие цели ставятся перед исследователями? Режиссера это не интересует в принципе, ему главное говном пожирнее мазнуть.

Никакого морального выбора перед главным героем не стоит, ни за кого из окружающих он не переживает. Похоже, что никого он и не любит. Смертная скука на физиономии говорит лишь о том, как ему тошно на этой планете, будто он в ссылку сюда попал, а не на трудную но почетную работу. Ни целей, ни желаний, ни чего-либо человеческого в нем нет. Если центральная мысль фильма это низменность и скотство человеческой природы, то неужели для выражения этой банальной мысли нужно потратить 3 часа экранного времени и десять лет съемок?

Еще раз хочу повторить прописную истину, что каждый творец творит про себя. Творение это отражение творца. После просмотра «Трудно быть богом» стало очевидно, что центром внутреннего мира творца Алексея Германа-старшего, его нутром так сказать, является дерьмо. Бывает, что творцы больны и снимают больные фильмы. Критикам в этой ситуации очень сложно - с одной стороны уважаемый заслуженный человек, а с другой – неприлично больной продукт извращенной психики. Это неправда, что снимая столько злое и грязное кино как «Трудно быть богом», режиссер обнажает правду мира и истину о низменности маленького человечка. На самом деле он показал исключительно что-то свое, внутреннее - такое же злое, грязное и вонючее нутро.

Свои рецензии на рассматриваемое здесь произведение всякие профессиональные критики облекли в обтекаемые формы. Уважаемого человека ругать неприлично, даже неприличнее, чем снимать такие фильмы. Но я не профессиональный критик, поэтому говорю что думаю. Режиссеру данной ленты я от всей души хотел бы пожелать выпить яду и убить себя об стену. К сожалению, не могу, поскольку Алексей Герман-старший не дожил до премьеры собственного фильма. Некого спросить за результат. Поэтому я передаю свое пожелание сыну режиссера Алексею Герману-младшему. У него была отличная возможность тактично скрыть от общества гнилое нутро своего папаши, заснявшего такой понос. Но он поступил строго наоборот – вывалил весь этот гнилой ливер на головы простых зрителей, и сделал это при поддержке Министерства Культуры Российской Федерации. К сожалению, карательной медицины теперь нет, а цензура нынче только с матами борется.

Более того, этот ушат тухлого булькающего говна он протолкнул на несколько международных кинофестивалей. За границей о России и русских и так превратное мнение как о диких варварах, а это кино, которое переплюнуло и творения Ларса фон Триера и даже «Сало: 120 дней Содома» и тем самым лишь усугубило ситуацию. Теперь нас еще и извращенцами представляют. Чтобы заснять такое и сняться в этом, надо иметь какое-то врожденное психическое заболевание или долгий стаж извращенца. С чем я обоих Алексеев Германов, а заодно исполнителей всех ролей в фильме, категорически поздравляю. Выступили на все деньги. Белое стало серым, серое – черным, а черное – густо-коричневым.

Каждый кто сомневается, что я что-то приврал или приукрасил, может приобрести фильм и убедиться лично. После просмотра испытываешь физическое желание помыться. Трудно смотреть «Трудно быть богом»!

4 коммент.:

апролапр комментирует...

Что тебя побудило к просмотру?

евГений комментирует...

Надо же иногда знакомиться с локомотивами российского кино. Не все же людей-крестиков и малефисент смотреть :-)

А вот досмотреть до конца меня побуждало исключительно желание поделиться потом с общественностью своим аргументированным мнением.

Андрей Жданцев комментирует...

Какой то бред "биженого ребёнка"...Извините.

евГений комментирует...

Где конкретно бред, грамотей? Аргументированные примеры в студию.